Леонид Пантелеев

Если бы наказание было уже известно, было бы легче, — неизвестность давила сильнее, чем ожидание.

— Григорий Белых

Вот именно поэтому я и называю себя плохим христианином. Нельзя служить Богу и мамоне. А служим. Читаем: «Оставь всё иди за Мной». И не оставляем. Держимся, цепляемся за это ВСЁ.…

— Верую!

Изреченная мысль, как известно, теряет что-то в своей искренности, подлинности и чистоте.

— Верую!

Лица теряли человеческое выражение, принимали тупой и сосредоточенный вид, глаза затуманились и светились вдохновением, свойственным каждому музыканту.

— Григорий Белых

Антисемит — это всегда (не «почти всегда», как я первоначально написал, а всегда) мелкий человек.

— Верую!

Как же, скажите на милость, объяснить, что я — это не я, ты — не ты, она — не она и что вообще «я» — это только буква.

— Буква «Ты»

Хороший педагог — обычно хороший дипломат. Он рассчитывает и обдумывает, когда можно записать или наказать, а когда и не следует.

— Григорий Белых

Благоразумие подсказывало ему: не бери, будет хуже. Но голод был сильнее благоразумия, и голод победил.

— Григорий Белых