Мирра Александровна Лохвицкая

Твои ресницы — крылья черной ночи, Но до утра их не смыкает сон. Я заглянула в эти очи — И в них мой образ отражен.

Твоя душа — восточная загадка. В ней мир чудес, в ней сказка, но не ложь. И весь ты — мой, весь без остатка, Доколе дышишь и живешь.

Земная жизнь моя — звенящий, Невнятный шорох камыша. Им убаюкан лебедь спящий, Моя тревожная душа.

Я хочу быть любимой тобой Не для знойного сладкого сна, Но — чтоб связаны с вечной судьбой Были наши навек имена.

В моем незнаньи — так много веры В расцвет весенних грядущих дней, Мои надежды, мои химеры, Тем ярче светят, чем мрак темней.

В моем безумьи — так много счастья, Восторгов жадных, могучих сил, Что сердцу страшен покой бесстрастья, Как мертвый холод немых могил.

Когда в тебе клеймят и женщину, и мать - За миг, один лишь миг, украденный у счастья, Безмолвствуя, храни покой бесстрастия, Умей молчать!

Так же душою горю, как свеча, Так же молитва моя горяча.

Избрав свой путь, я шествую спокойно. Ты хочешь слез моих? Мой стих звучит уверенно и стройно. — Ты не увидишь их.

Нет места снам, ни радостной надежде В больной душе моей. Не верю я, не верю я, как прежде, В рассвет грядущих дней.

Вижу я, ветра дыхание вешнее Гнет молодую траву. Что-то великое, что-то нездешнее Скоро блеснет наяву.

Что блещу я царицей в нарядных стихах С диадемой на пышных моих волосах, Что из рифм я себе ожерелье плету, Что пою я любовь, что пою красоту.

Но бессмертья я смертью своей не куплю, И для песен я звонкие песни люблю. И безумью ничтожных мечтаний моих Не изменит мой жгучий, мой женственный стих.

Не упрекай меня за счастие мгновенья. Другим, быть может, я страданья принесу, Но не тебе, мой друг! — тебе восторг забвенья И сладких слез небесную росу.

Есть радости — они как лавр цветут. Есть радости — бессмертных снов приют. В них отблески небесной красоты, В них вечный свет и вечные мечты.

Да, верю я, она прекрасна, Но и с небесной красотой Она пыталась бы напрасно Затмить венец мой золотой.