Николай Гоголь

Часто сквозь видимый миру смех льются невидимые миру слёзы.

Твоё от тебя не уйдет.

Иной раз, право, мне кажется, что будто русский человек — какой-то пропащий человек. Нет силы воли, нет отваги на постоянство. Хочешь все сделать — и ничего не можешь. Все думаешь — с завтрашнего дни начнешь новую жизнь, с завтрашнего дни сядешь на диету — ничуть не бывало: к вечеру того же дни так объешься, что только хлопаешь глазами и язык не ворочается; как сова сидишь, глядя на всех, — право и этак все.

Но в жизни все меняется быстро и живо...

Эх, русский народец! Не любит умирать своей смертью!

Молодость счастлива тем, что у неё есть будущее.

В глубине холодного смеха могут отыскаться горячие искры вечной могучей любви.

<...> как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утончённой, образованной светскости и, боже! даже в том человеке, которого свет признаёт благородным и честным...

Полюби нас черненькими, а беленькими нас всякий полюбит.

Никогда не стоит хвастаться будущим.

Как ни глупы слова дурака, а иногда бывают они достаточны, чтобы смутить умного человека.

Один там только и есть порядочный человек: прокурор; да и тот, если сказать правду, свинья.

Терпи казакъ, атаманъ будешь!

Легкомысленно непроницательны люди, и человек в другом кафтане кажется им другим человеком.

...для человека нет большей муки, как хотеть отмстить и не мочь отмстить.

Едва ли есть высшее из наслаждений, как наслаждение творить.