девочка, филигранная точность движений. я бы отдал все танки за Вас, вычерпал воду из Рейна. но в голове сатана заправляет балом, штурмом берет города, убирает слабых.
Люди ездят в города, кто куда. Кто-то в область, кто-то дальше. Можно к бабушке на дачу, к другу в гости в Магадан или вовсе на Байкал. Собирают чемоданы в спешке, нервах, суете. Набирают много хлама, а тащить все на себе. Дальше в поезд уместиться, разложиться, подкрепиться, уложить детей, напиться, в редких случаях забыться и с соседями в плацкарте про страну разговориться, если ехать пару суток можно даже подружиться.
телеграфируй, прошу, в феврале, да, я знаю, на улице будет вечер, загорятся окна, какая-то незнакомка руками потушит свечи, прильнет к стеклу, и станет чуть легче. ведь правда, мечты иногда обнимают людей за плечи? я жду в феврале. и, пожалуйста, только покрепче.
знаешь, время такое странное. может оно сломалось, мало ли? видишь, мальчик играет маленький, ручками крутит стрелочки ржавые. вроде ребенок, а глаза старые...
Молчал надменно небесный рупор. на город мерно спускалось утро, и было слово в значении скупо, и проступала во взгляде скука. кольцо на правой вводило в ступор, как будто рухнул над нами купол совсем без звука.
Глупо ждать от перекрестков разбитого мира работы по правилам. при нанесении ударов кувалдой в пространственно-временные рамки ожидания не оправдываются, кредиты доверия обнуляются.
вдруг понимаешь, поставлена точка — все. не удивляет свет, на кухне не греет газ. подставляешь пальцы — не колется веретено. и главное то, что так не в последний раз.