Римма Казакова

Все говорят, что ты упрям и груб — Мужик, мол, от подметок до прически! А мне не оторвать горящих губ От губ твоих, насмешливых и жестких.

Эскиз мечты, надежд набросок… Но — не свершится, не бывать. Уметь зачёркивать не просто. Зачёркивать — как убивать…

Приснись мне! А то я уже забываю, Что надо тебя мне любить и беречь. Приснись, Не сердись, Я ведь тоже живая! Приснись. Прикоснись! Можешь рядом прилечь... Приснись мне усталым, П…

Я полюбила быт за то, что он наш общий быт, что у меня твое пальто на вешалке висит.

Была бы я шикарной женщиной — Все обошлось бы малой болью, Хватило ярости и желчи бы Вас беспощадно отфутболить. Но женщина во мне обычная…

И, значит, что-то было в миге, глухом и тесном, как тюрьма, раз существуют в мире книги, деревья, дети и дома.

Кто победит в нелепом этом споре? Кто разрешит для нас с тобой его? Не стоишь ты моей прекрасной боли, я холода не стою твоего.

Лес тихо охает. Остро пахнет луг. Ах, как нам плохо Без надежных рук!

Как ты — так я. Твоё тебе верну. Вздохну, шагну, живой из пекла выйду. Я слабая, я руку протяну. Я сильная, я дам себя в обиду.

… Мне вспомнился Иуда. Вот день. Ещё он наш. Всё хорошо покуда. А завтра ты предашь.

Я иду и не гнусь - подо мной мои прежние травы... Ничего не боюсь. Мне на это подарено право.

Любить Россию нелегко, она – в ухабах и траншеях и в запахах боев прошедших, как там война ни далеко.

Обнимаются лошади неуклюже. Обниматься им неудобно, безруко, Лошади знают, что такое дружба, Они понимают, что значит разлука.

Была б я женщиной роскошною - Простая серенькая птица, - Со мной монетою расхожею Вы б не пытались расплатиться.

Ступлю туда, куда ступлю, в грех превращая прегрешенье, не спрашивая разрешенья на то, что как хочу люблю.

Нет личной жизни, от прочих отличной, личной, первичной... Ах: аналитики – всё о политике! Нет жизни личной.