Схиархимандрит Иоанн Маслов

Плод любви к Богу — любовь к ближнему. Самым существенным признаком, плодом и следствием любви к Богу является любовь к ближним. Любовь к ближним — это полное отражение любви к Богу. А отсюда явствует, что не любит тот и Бога, кто ближнего не любит.

Старец терпеливо и со смирением переносил все испытания. Часто от него можно было слышать: «Терпел Моисей, терпел Елисей, терпел Илия, так потерплю же и я".

Чем строже живет христианин, тем чаще его посещают всевозможные скорби и неприятности. Но всё это бывает не случайно, а по особому устроению Божию. Скорби попускаются людям для того, чтобы они через них находились в постоянном бодрствовании и искании Бога. «Скорби, – говорит иеросхимонах Амвросий, – везде должны встречать человека; и тем более враги наши душевные наносят оные... и в особенности желающим упражняться в молитве, которая для них несносна»

«Каин родился прежде Авеля, и Исав прежде Иакова, но победа осталась на стороне последних; хотя Исав и гнал Иакова, а Каин убил Авеля, но гонимые блаженствуют, а гонители отвержены Богом. Будем верить и надеяться, что и нас Господь не оставит, только нужно со смирением потерпеть и не роптать».

Богу приятнее грешник кающийся, чем человек не согрешивший, но превозносящийся. Лучше согрешивши, покаяться, нежели, не согрешая, гордиться этим».

Великий старец иеросхимонах Амвросий (в миру Александр Михайлович Гренков) родился 23 ноября 1812 года в селе Большая Липовица Тамбовской губернии. Во святом крещении он был назван Александром, в честь благоверного князя Александра Невского, память которого совершалась в самый день рождения младенца. Его отец, Михаил Федорович, занимал должность сельского дьячка. Мать, Марфа Николаевна, занималась воспитанием своих детей, а их было восемь человек. В их семье жили еще дед и бабушка. Александр рос веселым и резвым мальчиком. Он любил сельское приволье и шумные игры. Его детское воображение постоянно было наполнено забавами, и поэтому ему не сиделось дома. Часто случалось, что, получив от старших какую-нибудь работу по дому, он при первой же возможности бросал ее и убегал на улицу.

Внешняя обстановка жизни о. Амвросия была самая скромная. По кончине старца Макария он перебрался в другое помещение – в домик, который находился справа от святых ворот скита, коридором он разделялся на две половины. В одном – келья старца, в другой – приемная келья, где он принимал почетных гостей, и келья второго его послушника. Вход в скит лицам женского пола был запрещен, но расположение домика близко около ограды дало возможность построить между домом и оградой помещение с отдельным входом, позволяющим входить в эту комнату, не заходя в скит. Старец называл ее «хибаркой», и служила она для приема посетительниц. Во всех перечисленных помещениях, как в домике, так и в хибарке находились святые иконы. В частности, в келье старца находились: икона Нерукотворного Образа, иконы Божией Матери «Тамбовская» – родительское благословение, «Скоропослушница», «Киево-Печерская» с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием и икона св. великомученика Пантелеимона. Здесь же на стенах висели портреты выдающихся духовных лиц: митрополитов Филарета Московского и Филарета Киевского, Вышенского затворника епископа Феофана, Троекуровского затворника Илариона, протоиерея Феодора Александровича Голубинского, протоиерея Иоанна Ильича Сергиева, оптинских старцев: иеросхимонаха Леонида, иеросхимонаха Макария, архимандрита Моисея и другие портреты. Кроме койки в келье был еще аналой в виде шкафчика с необходимыми книгами для вычитывания правил, а также стол-"конторка», где писарь писал диктуемые старцем письма, шкаф со святоотеческой литературой, два старинных кресла для почетных гостей и несколько стульев.

Повседневная жизнь о. Амвросия начиналась с келейного правила. Старец вставал часа в четыре. По его звонку приходили келейники и прочитывали утренние молитвы, двенадцать избранных псалмов и первый час. Отдохнув немного, старец слушал третий, шестой часы, изобразительные псалмы, а также канон (в зависимости от дня) с акафистом Спасителю или Божией Матери. Вечернее молитвенное правило состояло из малого повечерия, канона Ангелу Хранителю и вечерних молитв. По окончании правила старец испрашивал у предстоящих прощение, после чего они брали у него благословение и направлялись к выходу. Как видно, правило было несколько даже меньше обычного монашеского правила, но необходимо учесть, что о. Амвросий нес тяжелый крест болезней и подвиг служения народу. Целый день дверь его кельи была открыта, и сотни лиц шли к нему, чтобы получить от него духовное утешение, разрешение житейских вопросов, укрепление, вразумление, прощение грехов. И так каждый день, и не один год, а в течении более тридцати лет. Измученный, усталый, едва переводя дыхание, старец, возвратившись в свою келью, вместо отдыха слушал краткое правило. Если всё это представить, то станет ясно, что и это правило стоило ему больших усилий.

В Св. Писании имеются ясные указания о необходимости скорбей для ищущих спасения. Сам Господь сказал: «В мире скорбни будете» (Ин.16:33). Эти скорби составляют крест, который каждый человек должен понести в своей жизни. Скорби, болезни и бедствия должны приниматься христианином, как от руки Божией, потому что Промыслом Божиим они посылаются для нашего вечного спасения. Скорби пробуждают в нашем сердце веру в Бога, подвигают нас на молитву, очищают наше сердце от грехов, укрепляют нас в добродетелях. Св. апостол Павел говорит: «Хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда, а надежда не постыжает» (Рим.5:3–5). В горниле скорбей в душе человека рождается та добродетель, которую трудно приобрести в жизни спокойной, чуждой страданий. Скорбь рождает терпение.

Любовь и милость не могут быть без смирения, а смирение не может быть без милости и любви. Добродетели сии суть непобедимые оружия на диавола, на которые он и всё множество бесов даже взирать не могут.

Без благодеяний Божиих человек и минуту прожить не может.

«По человеческому мнению, путь спасения, казалось бы, должен быть гладкий, тихий и мирный; а по евангельскому слову, путь этот прискорбный, тесный и узкий. «Не приидох бо, – глаголет Господь, – воврещи мир на землю, но меч»

Для возбуждения в ищущих спасения добродетели терпения старец указывает: «Бог устрояет всё только полезное и душеполезное и спасительное. Только с нашей стороны требуется не малодушествовать, а с покорностью воле Божией потерпеть посылаемые скорби и болезни, смирясь перед Богом и людьми, и не дерзая никого обвинять или осуждать, чтобы и на нас сбылось евангельское слово Господне: «Не судите, да не судимы будете»

Познав на личном опыте спасительность смирения, старец стремился научить этому и своих духовных детей. На самый насущный вопрос каждого человека: «Как жить, чтобы спастись?» – старец давал такие шутливые ответы: «Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда дело наше будет верно, а иначе будет скверно», или «жить можно и в миру, только не на юру, а жить тихо». «Мы должны, – говорил еще старец, – жить на земле так, как колесо вертится – чуть только одной точкой касается земли, а остальными непременно стремится вверх; а мы как заляжем на землю, так и встать не можем». С первого взгляда простые и шутливые слова, но какой глубокий смысл содержится в них.

Немощным телом, но совершившим много грехов, иеросхимонах Амвросий советует самое наилучшее средство ко спасению – это прибегать к самоукорению и смирению и в неприятных случаях более обвинять себя, а не других.

Искушения и греховные наклонности способны расстроить здоровье.