Турды

Внемлите, беки! О других хоть раз подумать вы должны, Народ узбекский разобщен — друг другу роды не равны. Один зовется кипчаком, другой — уйгур{*}, а третий — юз, - Мы неделимая семья, с душой единой рождены. Одна нам голова дана, один халат на всех падет, Должны мы в общем доме жить, как равноправные сыны. Довольно, беки, сеять рознь, довольно слабых обирать, - Объединится наш народ — мы станем грозны и сильны. Но смелость бекам не к лицу, в бою мы не увидим их… Румяньте лица, спите всласть, ума и чести лишены! Я посмотрел по сторонам — немусульманская страна. Мятеж, насилье — стыд и срам, немусульманская страна. Разбой неверные творят — куда ни кинешь скорбный взгляд, Зря исповедует ислам немусульманская страна. Здесь скряги правят скорый суд — отродьем дьявола слывут, Узбеков край — не верь глазам! — немусульманская страна. Повсюду горе, плач и стон услышишь ты со всех сторон, Где правит Субханкули-хан — немусульманская страна!

Все в мире испытает горе, — веселья без расплаты нет, Придет беда за счастьем вскоре, — свиданья без утраты нет. В пылинке, в атоме мельчайшем — простор вселенной заключен, Но жемчуг — только капля влаги, на дне твердевшей сотни лет. В пучину размышлений брошен, я счастье в мире не нашел, Искал я искреннего друга, но дружбы без притворства нет. Я повесть о себе начну, — печаль язык испепелит. Перо слезами изойдет, — на сердце тяжкий груз обид. Тоски моей не превозмочь, она черна, глуха, как ночь, На крыльях солнца и луны над миром небосвод летит. Себя надеждою не мучь, — бесследно сгинул солнца луч, Мой путь судьбою предрешен, — сквозь ночь печали он лежит.

Порой не знаю, где добыть для лошади саман. Заботы истерзали грудь, — я страхом обуян. Целую ноги богачам, гну голову к земле, Я от поклонов стал горбат — привык сгибаться стаи… Я сердце вертелом проткнул, кровь превратил в вино, - Благодарю тебя, судьба, теперь я сыт и пьян.