Венедикт Васильевич Ерофеев

Любую подлость оправдывать бальзаковским: «Я — инструмент... на котором играют обстоятельства».

— Бесполезное ископаемое

«Покажи мне Бога», — сказал некогда атеист христианскому мудрецу Феофилу Александрийскому. «Прежде покажи мне человека в себе, способного увидеть Бога», – ответил Феофил Александр…

— Бесполезное ископаемое

Личность — это человек, который страдает.

— Мигель де Унамуно

В письме к Ахматовой Николай Гумилев: «Мне кажется, что во всей вселенной нет ни одного атома, который бы не был полон глубокой и вечной скорби» (1912 г.).

— Бесполезное ископаемое

Всё будет у всех. У каждого мёртвого будет припарка. У каждой козы – баян, у каждой свиньи по апельсину, у барана – новые ворота.

— Бесполезное ископаемое

Прекрасно у Тургенева: «Русский человек тем прежде всего и хорош, что он сам о себе предурного мнения».

— Бесполезное ископаемое

Сверхчеловек я, и ничто сверхчеловеческое мне не чуждо.

— Вальпургиева ночь, или Шаги Командора

Отчего они все так грубы? А? И грубы-то ведь, подчеркнуто грубы в те самые мгновения, когда нельзя быть грубым, когда у человека с похмелья все нервы навыпуск, когда он малодушен…

— Москва-Петушки

Какое счастье — дышать обеими ноздрями!

Почему это я должен быть приятным? Даже и в новой Конституции нет такой статьи — быть приятным.

Сердце моё, не стучи так громко, это ведь совсем не умно, разумней, не выскакивай, было бы там из чего выскакивать.

Я очень люблю читать! В мире столько прекрасных книг! Я, например, пью месяц, пью другой, а потом возьму и прочитаю какую-нибудь книжку, и так хороша покажется мне эта книжка, и т…

О степенях взволнованности: у Ахматовой перчатку с левой руки надевают на правую руку. У Самуила Маршака те же перчатки уже надевают вместо валенок.

Случалось, она теряла авторитет, но не теряла достоинства.

— Бесполезное ископаемое

Невозмутимая истерия, но мне дорого обходится.

Во всей земле, от самой Москвы и до самых Петушков, нет ничего такого, что было бы для меня слишком многим…

— Москва-Петушки