Владимир Львович Белиловский

99% безопасности в горах — привычка брать мозги с собой и регулярно ими пользоваться.

И даже «досочник» и горнолыжник Сегодня улыбаются друг другу. Толпа от возбужденья языката, Устремлены, и нет весенней лени, А счастье — от рассвета до заката Прожить, не вылезая из креплений!

Комфорт — это гарнир, но должно же быть основное блюдо, ради которого ты этим всем занимаешься. В частности — это приобщение к стихии и свои действия в ней. Вот это основное блюдо, все остальное — это гарнир.

Гора, как охмелевший музыкант, Рождает под смычком токаты, фуги. Вселенная становится на кант, Ликующе не вписываясь в дуги. Склон крутизной навеивает ритм, Любовь приоткрывая и коварство, Когда летящим сердцем ты открыт Безумию, ведущему на царство.

Но магмы сердце бьется в глу́би, И кровь нарзана горяча, А холод вечности не губит Эльбруса мощного плеча.

Тише будешь — дальше едешь.

Форма одежды для гор — купальник плюс шуба.

Здесь время замедляет рваный бег, И знают ли живущие на свете: Как пахнет освещённый солнцем снег? Чем дышит с перевала льнущий ветер?

Я знаю, что я делаю святое дело, потому что тот, кто любит горы, становиться внутренне богаче.

В горах солнце зашло — лето кончилось.

Одного рода туристов не существовало никогда. <...> 90% приезжавших в то время на турбазу — это были бессеребренники, безумно влюбленные в горы. Это были люди, которые не интересовались ничем, кроме той деятельности, ради которой они приехали. Это: зимой — лыжи, летом — походы, и они не особенно интересовались, какие номера, бытовые условия и т.п. Они не были столь претенциозны, как большинство приезжающей нынешней публики, воспитанные в санаториях, пансионатах, домах отдыха и т.д. Это не туристы, это публика отдыхающая. А то была туристская публика. Им было все равно, какое снаряжение, какие условия жизни, лишь бы были горы, крыша над головой и какое-то питание.

Горы зовут тех, чья душа им по росту.

При спуске на горных лыжах либо думай быстрее, чем едешь, либо езжай медленнее, чем думаешь.

Где сердцем над этим летишь, Душой растворяясь в Кавказе.

Брать вершины очень просто — надо только все время идти вверх.

На фоне рассветной поры Сверкающей, искренней, ранней Серебряный панцирь горы...