Владимир Морозов (поэт)

Станция «Чёрная речка». Сколько их «чёрных» в судьбе?!

Поэзию ценю за слог и флаг, За волю и забытые святыни, За имена погибших бедолаг.

Золотое мое искушенье... Мой телец — то злодей, то кумир. Нет решенья, Себе в утешенье Я наполнил поэзией мир. Карты, водка — иная планета - Отплясали в чужой стороне. Я примерил…

Всех позабывшихся не счесть, А ведь надеялись когда-то Они, что им окажут честь И санут бережно и свято Хранить их вирши и труды.

Сто лет прошло, эпохи и мессии Сменились, как листки в календаре, Но глухари есенинской России Всё плачут на малиновой заре.

Зеркало — всего лишь отраженье Образов, И каждая строка В прошлом обретает продолженье Жизни, что неведома пока.

Перечеркнуть едва ли что способно Поэзию мою!.. Я пел, как жил, Пусть спотыкаясь, пусть дыша неровно, Но рвался к свету из последних сил.

Так что же нам гадать на нечет-чёт, Когда мы все у прошлого в долгу? Когда-нибудь судьба предъявит счёт На самом на последнем берегу.

Всегда пишу, как будто в первый раз, Как будто бы в последний. Но поверьте - Теперь о жизни мой любой рассказ, И даже если я пишу о смерти.

У времени в долгу Я был всегда, стихами лишь расплата Назначена была... Но я смогу Успеть, пока душа добром богата.

И хорошо, что грусти вопреки, Могу в стихах найти отдохновенье.

Поэзия ценна Мне словно тема разговора, И слово важно тем, что есть.

Поэт в шуршанье камыша Свои угадывает строки.

Пусть, для души приюта не найдя, Судьба в который раз в трагичность строк Швырнёт меня, как малое дитя.

Ведь только боль — поэзия и есть.

Душа, как странная причуда, Вдруг заболит, и не понять - Куда идёшь ты и откуда, И в чью поверил благодать? Какою музыкой случайной Ты очарован? И зачем Грустишь над выдуманной та…