Вова Кравченко

Осенью 2013 года наш город посетил шведский певец Джей-Джей Йохансон, его концерт проходил в клубе LOFT, конечно же, мы договорились на интервью с мировой знаменитостью. И вот он пришел на «Приму», разместился в гримерке и стал ждать выхода в эфир. Работающий телевизор транслировал наши новости, а в них подряд: обрушение стены на Свободном, какие-то пикеты, тут же — Offspring дает концерт в Ярыгина... В какой-то момент Джей-Джей поворачивается и удивленно произносит: «Все это реально в Красноярске происходит?». Видимо, он думал, что едет в тайгу, а попал в мегаполис-миллионник.

Северный и Взлетка — два брата-близнеца, мертворожденные, что упоминались выше. Странный генетический эксперимент, отчаянный, как возведение Петербурга на болоте, но куда более неудачный.

Спонсорские деньги дал предвыборный штаб Александра Лебедя. Кстати, уже в 1998 он был избран губернатором Красноярского края, получив около 60% голосов. Сегодня такой расклад кажется нереальным: политик спонсирует ночной клубный движ. Сегодня, но не в 90-е.

Очевидная мысль, но заниматься сексом с резиновой женщиной без смазки — это очень больно, никогда так не делайте.

В первый раз он увидел ее фото топлесс, когда делал ревизию на складе магазина. Было так неожиданно, что у него ни на секунду не возникло желания подрочить, он опешил и, как школьник, включивший порно впервые, почти отпрыгнул от телефона. Отложив трубку на край стола, экраном вниз, Макс принялся пересчитывать коробки с товаром.

Обозначив уникальность в центральности, выделив главное характерное преимущество нашего города в слогане: «Россия вокруг нас». Так вот, эта разработка хорошо ложится и звучит еще убедительнее в концепции международного брендирования Красноярска, ведь на теле человека общегендерным и центральным местом является именно жопа.

Новогодняя ночь считалась идеальной, если выполнена программа максимум: 1. Ты занялся сексом с девчонкой, которой исправно выносил мусор. 2. Ты принял участие в драке, но все обошлось без особых последствий.

Своих детей у дяди Миши не было, поэтому он активно делился жиз — ненным опытом со мной. Так одним из первых «лайфхаков» детства для меня стала его история про хлеб и гуталин. Оказывается, мой старший товарищ употреблял такое в молодости, пока жил в об — щежитии. Пресловутое средство для обуви помогало ему, человеку немаленького роста, что называется, «догнаться». Система была не так проста. Почти молекулярная кухня, если позволите. Намазываешь, значит, крем на хлеб и кладешь в «шифоньер» на пару дней. Потом достаешь этот «постсоветский красноярский бутерброд», но и это еще не конец. Надо аккуратно счистить остатки гуталина, а хлеб этот растворить в подогретом красном вине — и все, кайф обеспечен. Самые безбашенные, по словам дяди Миши, могли закинуть в эту смесь таблетку «Реланиума». Мефедронщикам нового тысячелетия и не снилось.

Макс решил действовать по спланированному акционистскому сценарию: судорожно расстегивая ширинку своих джинс и демонстрируя Лене свой член, перевязанный красным бантиком.

Утро начинается не с кофе, бляха. Прыгнув в тачку, я за пять минут прошмыгнул по Березина, свернул на Взлетную и докатил до Молокова. Передо мной предстала такая картина: прямо на крыше магазина лежит упитанный дядя, рука, в которой он даже после смерти держит портфель, висит около надписи: «НИЗКИЕ ЦЕНЫ ЗДЕСЬ».

Начинающие маркетологи, думаете я забыл о вас? Мотайте на ус: если вы можете собрать и напоить всех, от кого зависит успех вашего бизнеса, просто сделайте это!

Здесь, я уверен, Были написаны индийские Веды, Чтобы в тот час, Когда сгорает колючий сибирский закат, Мы видели, как на Столбах До кармической смерти, До полной победы, Бьются добрый многорукий Суриков И злой многоголовый Шоб-Ниггурат.

— А помнишь, мы здесь сидели в прошлом году, пили портвейн у памятника Пушкину, вокруг голуби ходили? Тогда их как-то особенно много было. А мы макали хлеб в портвейн и давали им... — на его лице изобразилось что-то вроде ностальгического чувства. Мы с Ирой поморщились. — Они этот хлеб съедали и потом не могли взлететь. Пьяными становились, ха-ха, а мы их брали на руки и гладили, — после этих слов он начал изображать, как он брал в ладони пьяных голубей и ласкал их, аккуратно поглаживая.

Габил мыслил философски, и иногда изрекал совсем удивительные вещи: «В Советском Союзе нации в армии встречались, а сейчас — на рынке. Давным-давно все мы, как одна семья. Здесь дети в школу ходят, отсюда отправляют служить, здесь и умрем».