Афоризмы
29 июля 2026, среда
Яков Кедми
Раздел

Яков Кедми

90 цитат

Яков Кедми (5 марта 1947, Москва, РСФСР, СССР) — израильский государственный деятель, дипломат, занимал руководящие должности в «русском отделе» МИДа Израиля, руководитель службы «Натив» в 1992-1999 годах, специализирующейся на вывозе евреев в Израиль средствами спецопераций. В 1969 году совершил алию в Израиль. Принимал участие в Войне Судного дня, где служил в одном танковом батальоне с будущим премьер-министром Израиля Эхудом Бараком. Занимал руководящие должности в «русском отделе» МИДа Израиля. Кедми лично знаком с Владимиром Путиным с начала 1990-х годов. Кедми «существенно способствовал массовой репатриации евреев вначале из СССР, а затем из стран СНГ в Израиль, а также внёс значительный вклад в развитие израильско-российских отношений».

Род деятельности
дипломат, политик, политолог
Место рождения
Москва, РСФСР, СССР
Дата рождения
05.03.1947 (возраст 79 лет)
Нет ни в моем лексиконе, ни в практике такого понятия для оценки политиков «симпатичен», «какие-то чувства я к ним испытываю»... У меня нет чувств к политикам. Чувства я сохраняю совершенно для других вещей, которые к политике не относятся. Политика надо оценивать по тому, что он делает.
Министр обороны США два года назад сказал, что Россия – единственная страна, которая может уничтожить Америку за полчаса. И президента России спросили об этом на пресс-конференции. Он минутку помолчал, улыбнулся и сказал: «Быстрее».
Почему вы называете это мягкой силой? Мне пытаются навязать свои национальные интересы, и все. Они пытаются поменять национальные интересы других стран, или правительство, или режим. Значит, это не сила. Почему нужно пользоваться этим словом для маскировки, чтобы затушевать грубую силу против интересов государства? На силу отвечают силой. Мягкая сила — это эмбарго. Мягкая сила — это финансовое удушение. Россия этого никогда не предпринимала. Потому что Россия по-другому смотрит. У России есть другие преимущества. Применение мягкой силы, угрожающей государству, это та же война. И тогда надо защищаться.
Вывесить национальный флаг и петь национальный гимн — это ещё не независимость. Независимость государства в том, чтобы проводить независимую государственную политику.
Судить по коммунизму по репрессиям, это всё равно, что судить о христианстве по инквизиции. Не нужно так легко и примитивно к этому относиться. Не на пустом месте эта идея возникла. А потому, что человечество зашло в тупик. Когда из людей выжимали все соки. И родилось это в девятнадцатом веке, когда дети с пяти лет работали, для того чтобы не сдохнуть от голода. И поэтому нужно относиться к этому по-другому. Вы говорите и рассуждаете о коммунизме, как те, которые преследовали христианство во втором веке. Будьте осторожны с историей.
В бою я не чувствовал страха. Во время выполнения боевой задачи ты сосредоточен на цели и действуешь почти механически. И даже в те минуты, когда я видел смерть перед глазами, страха не было. Страх приходит ночью, после того как танки уже остановились и двигатели заглушены. Когда все дела в батальоне переделаны, все приготовления закончены, отданы все приказы и машины отлажены и осталось немного времени отдохнуть и поспать. Вот тогда вдруг охватывает страх. Только тогда вспоминаешь прошедший день и моменты, когда смерть прошла совсем близко и ты почувствовал ее леденящее дыхание.
— Безнадежные войны · книга
Как можно назвать цивилизованной страну, которая вела восемь лет войну во Вьетнаме? Которая разрушила Ирак, которая допустила бесчинства на всём Ближнем Востоке, которая бомбила Белград? Это цивилизованная страна? Или Великобритания цивилизованная страна? Или Турция цивилизованная страна? Или Франция цивилизованная страна? <...> Цивилизованными они потеряли право называться давно. Никогда они ими не были.
Мы не любим, когда на нас давят. Мы нарушаем закон физики. У нас сила сопротивления выше, чем сила давления. На нас нельзя давить. мы народ нервный, у нас тяжелая история была, тяжелое детство. Мы очень нервно реагируем, когда задевают наши интересы, нашу честь, или нашу безопасность. <...> Есть истина в развитии событий. Можно решить проблему на определенном этапе. А если ее запускать, решение будет тяжелее и больнее. Может, не надо допускать до этого? Пока она маленькая, одним ударом или двумя пощечинами ее решить?
Против сильного врага они никогда не пойдут. Американская армия не умеет воевать с равноценным противником, она не умеет воевать с тем, в котором они не уверены в абсолютной победе из-за своего численного и технического превосходства. Над Россией этого у них нет и никогда не будет.
... власть намного слабее, чем мы себе представляем, и большую часть ограничений мы на себя накладываем из-за собственных страхов.
— Безнадежные войны · книга
Россия — удивительная страна. Нет ни одной страны в мире, которая так любит втаптывать свою историю, поливать ее грязью, вытирать об неё ноги. Нет у вас ни одного правителя за вашу историю, которого бы не оболгали, не испохабили, не обвинили во всех грехах, не демонизировали. Даже у евреев такого нет. Сталин был жестоким человеком. Но жестокость не была его самоцелью — это был инструмент, другого он не нашёл. А мог найти, была альтернатива Сталину? Троцкий? Да Троцкому было наплевать на Россию. И 90 процентам большевиков, независимо от их происхождения, было наплевать на Россию. И русским тоже. Сталин оказался единственным, которому была дорога Россия. Грузинский семинарист! Но он любил Россию — по-своему.
В странах со сложной бюрократической системой всегда была возможность для апелляций и жалоб. В этом смысле израильская бюрократия стала сюрпризом для многих репатриантов из СССР. Когда они пытались выяснить, кому и на кого можно жаловаться, израильские чиновники удивлялись: «О чем это вы? Жаловаться некому». В Израиле каждый чиновник обычно представляет собой последнюю и высшую инстанцию. Советский гражданин всегда знал, что может пожаловаться начальству вплоть до главы правительства.
— Безнадежные войны · книга
Вы не подходите серьёзно к вопросу: а что это была за история, какова была история вашей страны пять лет назад, десять лет назад. Подгоняете её под идеологию или под пропаганду. Конечно, вы не будете знать правду. Человеческую жизнь в России обесценил не Сталин, а крепостное право и все царские режимы. Сталин сформировался в конце Первой мировой войны. Никто тогда не ценил человеческую жизнь. Под Верденом за что миллион человек погиб? Почему эта война началась, во имя чего? Миллионы погибали со всех сторон. И для людей, которые выросли в этой атмосфере, возмужали, война была нормой. Всегда самое большое насилие случается после войны, когда живые солдаты возвращаются домой — во всей истории, во всех странах. Когда люди, в основном, молодые, привыкают к праву совершенно спокойно лишать жизни других людей или жертвовать жизнью своих товарищей.