Обыкновенное чудо (1978)

— Друзья мои, и в трагических концах есть своё величие. — Какое величие? — Они заставляют задуматься оставшихся в живых. Они заставляют задуматься... оставшихся в живых. — Что же тут величественного? Стыдно убивать героев, чтобы растрогать холодных и расшевелить равнодушных.

Три дня я гналась за вами, чтобы сказать, как вы мне безразличны!

Но-но-но-но-но! Не ори, любезный! У меня профессия тонкая, нервная. Я ведь этих окриков-то не люблю. Если хочешь указать на ошибки, то сначала похвали. Мерзавец!

— Вы негодяй! — Да. А кто нынче хорош? Вот сегодня, например, вижу: летит бабочка, головка крошечная, безмозглая, крылышками бяк-бяк, бяк-бяк-бяк… ну дура-дурой! Воробушек тоже... не лучше. Береза — тупица, дуб — осёл, речка — кретинка, облака — идиоты. Лошади — предатели. Люди — мошенники. А что делать? Весь мир таков, что стесняться нечего!

От всей души поздравляю Вас. Царствия вам небесного.

— Вы сумасшедший? — Напротив, я так нормален, что даже сам удивляюсь.

— А еще я пожалуюсь мужу. И он превратит вас в крысу! — А кто у нас муж? — Волшебник… — Предупреждать надо.

Человек из мёртвого камня сделает статую – и гордится, если работа удалась. А попробуй из живого сделай ещё более живое. Вот это работа! Это то, что я ждал много лет. Много лет я ждал этого случая.

А ты знаешь, что только раз в жизни выпадает влюблённым день, когда у них всё получается...

Я так счастлива, что не верю ни в горе, ни в смерть. Особенно теперь, когда ты подошел так близко. Никто никогда не подходил так близко ко мне. И не обнимал меня. Ты обнимаешь меня так, как будто бы имеешь на это право. Мне это нравится, очень нравится.

— Ровно в полночь. — Что, в полночь? — Приходите к амбару — не пожалеете! Мне ухаживать некогда. Вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря время терять? В полночь, жду.

То, что вы, сударыня, называете любовью, — это немного неприлично, довольно смешно и очень приятно. Но причём тут смерть?

Сегодня я буду кутить. Весело, добродушно, со всякими безобидными выходками. Приготовьте посуду, тарелки — я буду все это бить. Уберите хлеб из овина — я... подожгу... овин.

То ли музыки и цветов хочется, то ли зарезать кого-нибудь.

Моя дочь поступает как все нормальные люди. У неё неприятности, она палит в кого попало. Растёт дочка.

Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придёт конец! Слава безумцам, которые живут так, будто они бессмертны!