Парк Юрского периода (Jurassic Park)

— Наши ученые сделали то, о чем другим до этого приходилось только мечтать. — Ваши ученые так сильно беспокоились о своих талантах, что даже забыли подумать, стоит ли вообще это делать.

— Да не такой уж он и страшный. Похож на огромного индюка. — На индюка? Ладно. Представь себе, что ты попал в меловой период. И вдруг перед тобой появляется такой вот огромный индюк. Своими движениями он напоминает птицу, едва покачивая головой. Ты замираешь, считая, что его острота зрения зависит от движений, как у тиранозавра, и он не заметит, если ты не пошевелишься. Но ты ошибся. Ты смотришь в его глаза, а он смотрит в твои. Именно тогда он атакует. Но не спереди, а сбоку. И не он, а два других велоцираптора нападут на тебя. Понимаешь, ведь велоцирапторы охотятся вместе, небольшими стаями. Они атакуют моментально, и, должен заметить, что такая тактика считается совершенной в наши дни. Он бьет тебя вот этим, шестидюймовым... втягивающимся когтем, похожим на бритву, который находится между пальцев. Он не станет кусать тебя за твое уязвимое место, как, например, лев. Нет, нет. Он ударит тебя сюда или сюда. Он распорет тебе живот и вытащит все внутренности... Дело в том, что ты будешь еще жив, когда они начнут лакомиться тобой. Поэтому попытайся проявить хоть каплю уважения к этим животным. — Алан, знаешь, если ты хотел напугать ребенка, ты мог бы просто наставить на него пистолет.

— Вообще-то, должен пойти я... — Почему? — Я ведь... А вы... — Послушайте, о женской дискриминации поговорим, когда я вернусь.

— Ну вот, теперь она напугана. Теперь у нее навсегда пропадет охота к новым приключениям. Теперь она не выйдет из комнаты, будет играть за компьютером. — Я хакер! — Ты зануда.

— Это простая задержка. Это извечная проблема всех парков. Когда в 56-м открыли Диснейленд, ничего не работало. — Да, но если сломается аттракцион «Карибское море» — пираты не съедят туристов.

— Вам понравился вертолет? — Как только он начал снижаться, мы медленно начали взлетать.

— Ну вот. Мы опять в машине. — По крайней мере, с дерева слезли.

— Где ты это взял? — Под сиденьем. — Они [очки ночного видения] тяжёлые? — Да. — Значит, дорогие. Положи их на место.

— Если уж человечество прошло эволюцию, то развитию этой жизни, тем более, невозможно воспрепятствовать. Жизнь освобождается, охватывает новые территории, болезненно ломает преграды, и возможно несет опасность, но это форма жизни и она перед нами. Вот она. — Вы настаиваете на том, что особи женского пола могут размножаться? — Нет, я утверждаю, что эта форма жизни найдет свой путь.

— Вы женаты? — Время от времени случается. Моя жизнь — это непрерывный поиск будущей экс-супруги.

Разве вы не видите, насколько опасна эта затея? Генетика — одно из самых страшных явлений на Земле, а вы балуетесь с ней, словно ребёнок, нашедший папин револьвер!

Тираннозавр не желает, чтобы его кормили. Предпочитает охотиться. Инстинкт не пропал за шестьдесят пять миллионов лет.

— А чем вы с Элли займётесь, раз теперь не надо откапывать кости динозавров? — Не знаю. Наверное, эволюционируем.

— Нам удалось создать удивительных живых существ, которые вскоре привлекут внимание всего мира. — Что ты думаешь? — Что мы остались безработными... — Вы хотите сказать «ненужными»?

— Бог создал динозавров, Бог их уничтожил. Бог создал человека. Человек уничтожил Бога и создал динозавров… — …Динозавры съедят мужчин и женщины унаследуют землю.

— Тише! А то эти чудища придут сюда! — Они не чудища, а просто животные. И, кстати, травоядные. — Они едят траву, но для тебя сделают исключение!