Свадьба в Малиновке

— А кем ты был в мирное время? — Я имел много специальностей, за шо и состоял на особом учёте в Одесском уголовном розыске. А кем ты был в мирное время? — А я служил в полиции. Э-э-э! Не бойся, мы своих не трогаем.

Смотри — композитор! А ну сочини для меня что-нибудь такое, чтобы душа развернулась, а потом обратно завернулась!

Свадьба сегодня вечером здесь! Будешь давать жизни. Только смотри, не подведи! А то я тебе оторву голову и скажу, шо так и було!

Пан атаман, кони стоят пьяные. Хлопцы запряжёны!

— Слушай, это что, настоящее? — Серебро. — Да? Продай, а? — Да ты что! — Я тебе дам сто миллионов. — Старые, Катерина. — Да, ты что? Действительные! Вот подпись и печать. Министр финансов и адъютант Попандопуло из Одессы. На тебе сто миллионов. Слушай, возьми все. Я себе еще нарисую.

И шо я в тебя такой влюблённый?

Слушай, что-то мне не нравится здешний режим. Чует моё сердце, что мы накануне грандиозного шухера!

Это — тебе… Это — мне… Это — опять тебе… Это — обратно тебе… Это всё время тебе!

Ваши трехдюймовые глазки путем меткого попадания зажгли огнедышаший пожар в моем сердце. Словом, бац-бац! И в точку!

— Что это на тебе, а? Лапсердак? — Это не лапсердак, это пиджак. — Дай намеряю. Ну поносил — ну дай другому поносить. Ой, хорошо. Он же как по мне сшитый!

— А вы гопака танцуете? — Ну что вы, что вы. Гопак нынче не в моде. Я прошёл пешком всю Европу и ни разу не видел, чтобы танцевали гопака. Сейчас у них в моде… м-м, форменное безобразие. Называется в-ту-степь.

— Ферштейн? — А как же!

Опять власть меняется!

— А это не ты, когда на германскую войну шел, с моста свалился пьяный в воду? — И бабы вытаскивали? — Да. — Я. — Зем-ля-ки!

Убери ножичек! Сделаешь дырку — потом не запломбируешь!

— Женщина я или не женщина?! — Не разобрал.