Я старым стал и слабым, мне не поднять мушкет, Но умиротворенья в душе моей все нет. И очень изменилась теперь страна моя. Конфедерат-повстанец — вот, собственно, кто я...
Я ненавижу янки и гордую их спесь, А-бо-ли-ци-о-низм и Север этот весь. Всем этим лицемерам я столь усердно мстил... Прощенья мне не надо — я сам их не простил!
Три сотни тысяч янки отправились на Юг, И в наших южных землях им наступил каюк. Они лежать остались под солнцем и в пыли. Как жаль, три миллиона остаться не смогли.
Я следовал повсюду за генералом Ли, И счас я с ним пошел бы на самый край Земли. Я нажил ревматизм, ночуя на снегу. Убил я сотню янки, и столько же смогу.
Конфедерат-повстанец — вот, собственно, кто я... А Линкольна свободы не стоят... ничего. Я против них сражался и вот я проиграл, Но я пути другого себе бы не желал.
