А, богу все равно, он не причем и давно, Он в самоувольнении от этого бреда. Взглянув на нас украдкой, он боромочет одно: «Я больше к вам, уродам, никогда ни на чем не приеду».
Он выглядит на сорок, ему двадцать пять, Он стоит всех своих неадекватных реакций. Он все на этом свете пожелал испытать, Когда ему было неполных семнадцать.
В его аду мгновения ползут как века, В его раю все ангелы как куклы похожи, Все, что под руку попало, все ушло с молотка, Вот-вот душа беспечная отправится тоже.
