Мельница

А за гранью свода небес Тикает часовой механизм — Значит, времени нам в обрез, Главное, не обернуться вниз.

За тем, что мы не допели, что не узнаешь из книг, Я обещаю вернуться в наше личное никогда.

Но в ночь гнева все не так, И жена не жена, и душа не мила, И когтей летучих стая развернула крыла.

А радио ловит лишь только, только твою частоту...

Ах, знаю, знаю я, кого Повесить надо на сосне, Чтоб горца, друга моего, Вернуть лесам, горам и мне.

Из-под кожи горят неостывшие руны, Выбирать не приходится – кто чем богат; Арфа рвется из рук, расплетаются струны, Недопрожитый день не пуская в закат,

На чужих берегах - Переплетение Стали и Неба. В чьих-то глазах - Переплетение Боли и Гнева. Эй-ох! Взрезаны вихри узорами крылий. В вое ветров мы слышали песни последних Валькирий!

В наших зрачках - Острые грани вечного льда. А на клыках Свежею кровью пахнет вода! Видишь мерцание Лезвий средь стонов разодранной ночи? Слово прощания С жизнью, что стала мгнове…

Он украл с неба ясный месяц И спустил ладьею на волны; Он приходит с ночным приливом, У него весло из оливы.

Написал он мне письмо, в нем речь повел такую: В незнакомом мне порту нашел себе другую, Расскажите все ему, когда меня не станет; Зелье, что сварила я, уж точно не обманет.

Сон стоит в ушах и труднее дышать И прядется не шерсть, только мягкий щелк. Но, зачем мне право моя душа? Если ей у тебя мой гость хорошо.

Удержи меня, На шелкову постель уложи меня. Ты ласкай меня, За водой одну не пускай меня.