Михаил Круг

Я не старый, но, поверь, уже седой, В нашей жизни ничему не удивляюсь, Вдруг припал к девчонке всей своей душой И что случилось, ничего не понимаю.

Как только, ты мимо прошла — сразу меня пленила, Я понял тогда, что ты навсегда сердце мое разбила. И сразу в тот первый миг, забыв обо всем на свете, Лишь только тебя, безумно любя, я видел на всей планете.

Если места хватит — нарисуй, Лодку, с парусами ветром полными. Уплыву, волки, и вот вам... _уй! Чтобы навсегда меня запомнили.

Холодный вечер осенней сказки. И лунной ночью моросящий звонкий дождь...

Кольщик, наколи мне купола, Рядом чудотворный крест с иконами, Чтоб играли там колокола... С переливами и перезвонами.

И сколько б не было счастливых дней, Они, как птицы, улетят И унесут её с собой, Оставив боль.

Весна опять пришла, И лучики тепла Доверчиво глядят в мое окно. Опять защемит грудь, И в душу влезет грусть, По памяти пойдет со мной. Пойдет, разворошит И вместе согрешит С той девочкой, что так давно любил. С той девочкой ушла, С той девочкой пришла, Забыть её не хватит сил.

Мне тебя не понять и по мне это видно, Что я так одинок, даже рядом с тобой. И мне так нелегко и до боли обидно, Что же ты не смогла дать тепло и покой?

Хотя я банковал, жизнь разменяна, Но не очко, обычно, губит, а к одиннадцати — туз.

Нарисуй алеющий закат. Розу за колючей ржавой проволокой. Строчку «Мама, я не виноват!» Напиши, и пусть стереть попробуют.

Помолчим о пропавших друзьях, Помолчим добрым словом о них, И представим, как будто на днях В этот вторник мы видели их. И не будем гадать на туза, Будем верить, а веру спасём, Помолчим, всё успеем сказать, Даже больше, но только потом.

Вернись из августа ко мне, Прийди слегка сутуля плечи. И с сожаленьем вновь скажи, Что остаешься лишь на вечер. Сойди из золотой листвы, Со снимка из цветного фото. Лица забытого черты, А рядом незнакомый кто-то...

Он смотрел ей в глаза опечалено, И без гнева с улыбкой сказал: Поцелуй же меня на прощание, И со вздохом последним упал.

Я закрою глаза, я обиды забуду, Я прощу все, что можно, и все, что нельзя. Но другим никогда, видит Бог, я не буду, Если что-то не так, вы простите меня.

Совершать грехи так просто, но не просто искупать.

Я брёл по осенней дороге домой Под взглядом неоновых ламп, И в сумерках ели тянулись за мной Пушистыми тенями лап. Колючая изморось, злая судьба, Какая-то старая боль... И месяц окликнул и тихо позвал: «Пойдём, погуляем с тобой!» И в памяти всплыли забытые песни И скромный родительский стол, Где в праздники наши сидели все вместе, Все вместе, никто не ушёл.