Золотые купола, душу мою радуют, А то не дождь, а то не дождь, Слезы с неба капают. Золотые купола, на груди наколоты, Только синие они, и ни крапа золота, И ни крапа золота.
За окном река бежит, за рекою — луг, Светку ждёт с каких уж пор её милый друг. Тормозну у родничка в спуске под горой, А ты отведай, Светочка, водички ключевой. Светка едет, воду пьёт, в стороны глядит, Про шофёрское житьё с фортом говорит: «Хорошо, всё завёл, куда хочешь — едь, А училке — только стол и в тетрадь глядеть!»
Я колол её имя навек, Я ей столько стихов посвятил. Мою боль засыпал белый снег, Я ей сердце своё подарил. Сколько видел я с ней ярких снов, Я глядел на неё, не дыша. Мне никак к ней с букетом цветов, Мне никак, только плачет душа...
Давай поговорим, Хоть знаем я и ты, Что все слова давно В душе перегорели. Но в памяти моей Так много теплоты: Я помню, мы с тобой Глаза в глаза глядели.
Да, России нелегко: столько лет дурачили, Пил народ, крепчала сталь — значит, пили вновь. Все тащили транспаранты, да тряслись по-заячьи, Да тянули руки вверх, да пели про любовь. Ой, как мне не верилось — и сказать-то было боязно! - Что Россия, дурь и жир приросли нутром, Вроде, вместе ехали, а тем, кто вышел с поезда,- Как аукнулось со сцены — кликнулось потом.
Чем живешь, Россия-мать, и о чем печалишься? Неужели — бес в ребро — нынче на сносях? Был ведь в очереди крик: «Разойдись, товарищи! Маша, чек не пробивай!» Все — Россия вся! Что случилось, в чем дела? Рты разинув, бдили ввысь, Что же — кроме партии некем воспитать? Да что же так у Родины все поэты вывелись, - И Володю вовремя не могли принять?