Разбег! Толчок! Мне не догнать канадца, Он мне в лицо смеется на лету. Я снова планку сбил на 2-12 — И тренер мне сказал напрямоту, Что начальство в десятом ряду, И что мне прополощут мозги, Если враз, сей же час, не сойду Я с неправильной правой ноги! Но я лучше выпью зелье с отравою, Я над собою что-нибудь сделаю, Но свою неправую правую Я не сменю на правую левую!
Так кто есть кто, так кто был кем? — мы никогда не знаем. С ума сошли генетики от ген и хромосом. Быть может, тот облезлый кот — был раньше негодяем, А этот милый человек — был раньше добрым псом.
Истома ящерицей ползает в костях, И сердце с трезвой головой не на ножах. И не захватывает дух на скоростях, Не холодеет кровь на виражах. И не прихватывает горло от любви, И нервы больше не в натяжку, хочешь — рви, Провисли нервы, как веревки от белья, И не волнует, кто кого — он или я.
— Что же, что рога у ней? - Кричал Жираф любовно. — Нынче в нашей фауне Равны все поголовно! Если вся моя родня Будет ей не рада, Не пеняйте на меня - Я уйду из стада!
Дорогая передача, во субботу, чуть не плача, Вся Канатчикова дача к телевизору рвалась. Вместо чтоб поесть, помыться, уколоться и забыться, Вся безумная больница у экрана собралась.
Уважаемый редактор, может лучше про реактор? Про любимый лунный трактор, ведь нельзя же, год подряд - То тарелками пугают, дескать, подлые, летают, То у вас собаки лают, то руины говорят.
Это их худые черти мутят воду во пруду. Это все придумал Черчилль в восемнадцатом году. Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС, Но тут примчались санитары и зафиксировали нас.
По выжженной равнине - За метром метр - Идут по Украине Солдаты группы «Центр». <...> Веселые — не хмурые - Вернемся по домам, - Невесты белокурые Наградой будут нам!