Вернется ли когда-нибудь та свежесть, беззаботность, потребность любви и сила веры, которыми обладаешь в детстве? Какое время может быть лучше того, когда две лучшие добродетели — невинная веселость и беспредельная потребность любви — были единственными побуждениями в жизни?
Как часто мы признаемся в любви не людям, а воспоминаниям, связанным с ними, и страдаем, тоскуя не по живому существу, а всего лишь по отрезку времени, когда были счастливы...
Любовник, увлеченный настоящим чувством, бывает счастлив лишь в то время, когда любуется или обладает предметом своей любви, но страдает, когда с ним разлучен.