Кажется, Оппенгеймер сказал, что человек, на исправление ошибок которого уходит десять лет, достоин того. На мои ушло тридцать пять.

Странная вещь. Время — удивительная штука. Когда ты молодой у тебя полно времени, разбрасываешься им налево, направо. Пару лет туда, пару лет сюда. А потом становишься старше и вдруг: «Господи, сколько мне осталось? Тридцать пять зим?»… Только подумай, тридцать пять зим…

— Машенька, ну что ты как маленькая? Тебе тридцать пять лет! — Тридцать шесть! — А какое сегодня число? — Шестнадцатое. — У ё-ё!..

Матери Татьяны Лариной было тридцать семь лет, и у нее были две дочери невесты. А сейчас в тридцать семь лет – сами невесты. А пятьдесят пять лет – расцвет, когда форма совпадает с содержанием. Раньше отставало содержание, позже начнутся проблемы с формой. А в пятьдесят пять лет – все слито воедино.