— Что ты делаешь? — Молюсь. — Ты просто идеал. Молишься... О чём ты молишься? — Чтобы боги смилостивились над нами. — Над всеми? — Да, Королева. — Даже надо мной? — Конечно, Королева. — Даже над Джоффри? — Джоффри мой... — Замолчи, дурочка. Она просит богов смилостивиться над нами... Боги жестоки, на то они и боги. Мой отец так говорил, когда поймал меня за молитвой. Я помню, как умерла моя мать. Я была глупа. Я не понимала, что смерть окончательна. Я думала, что если усердно молиться, то боги вернут мне мать.

Мой дух уже в иных пределах. Любимый, не роняй слезы́! Моя душа туда взлетела, Где остановлены часы.

— Не могу переносить женских слез. Когда плачет, я готов на все, даже могу жениться.

— Всего три бакса. — У вас не завалялось там ещё сорока тысяч? — Ну смотря для чего. — Я пошутил. — Не думаю.