Для нас Окуджава был Чехов с гитарой. Ты — Зощенко песни с есенинкой ярой, И в песнях твоих, раздирающих душу, Есть что-то от сиплого хрипа Хлопуши! … Киоск звукозаписи около пляжа. Жизнь кончилась. И началась распродажа.

Чужие песни трудно разучивать на гитаре, я стал сочинять свои.

В драме есть много способов, чтоб разоблачить злодея. Порой ты знаешь, кто плохой парень, с самого начала. Но в большинстве случаев они были прямо перед вами все это время.

После диалога с пациентом психбольницы, я начала сомневаться кто из нас понимает все, а кто наивный дурачок.