Спасеньем грезили всегда – уж так назначено Творцом. Где Вифлеемская звезда? А ад – всегда перед лицом. Где фейерверк былых чудес? А мерзость запустенья – здесь. И каждый – слеп. И в каждом – бес. Так было присно, так и днесь.

Мир – это коллективная иллюзия, где каждый грезит в одиночку.

Может бесит что я был слишком слеп, Но теперь внутри у меня этого нет...

Я подумал о новогодней ночи, когда люди толпятся на Таймс-сквер и кричат как шакалы, когда сверкающие звезды праздничного фейерверка спускаются вниз, чтобы своим блеклым сиянием озарить все триста шестьдесят пять дней нового года в это лучшем из возможных миров. Меня всегда занимал вопрос, каково это, попасть в такую вот толпу, где ты можешь кричать, но не слышать своего голоса, где твоя индивидуальность растворяется в общей массе, где нет личностей, а есть стадо.

Искусство – неодномерный слепой отпечаток нашей мерзости, в которой мы существуем.