«Будь же ты вовеки проклят... убирайся в адское пекло... пёс смердящий... солнце ещё не сядет, а я тебя четвертую, честью клянусь... шкуру сдеру заживо...» Забранки довольно витиеватые — даёт себя знать образованность.
Осклабился в смехе Рубен Пэн, достав свежевальный нож «Да, шкуру отдам и шкуру сдеру — вот вам мой дележ! Шесть тысяч в Иеддо я везу товаров меховых, А божий закон и людской закон — не северней сороковых! Ступайте с миром в пустые моря — нечего было лезть! За вас, так и быть, буду котиков брать, сколько их ни на есть».
В твоих глазах ледяное пламя и раскалённый мороз, которые срывают с меня шкуру заживо. Это безжалостные огни Освенцима, на которые я прилетел как мотылёк. Сожги меня без остатка и угрызений совести.
