— Скажите, а нет ли у вас чего-нибудь так потише, понимаете, помедленнее? — Есть... «У-2». — Скорость какая? — Пустяки — сто километров. — Ну что же делать? Не возражаю, не возражаю! — Погодите! Товарищ профессор! Товарищ генерал! Что же это получается, а? Я же истребитель! Я по земле ходить не могу пешком — всё бегать хочется! — Бегать-то вам, товарищ, противопоказано! — Ну за что-же? «У-2»! Да я лучше в пехоту! Вы понимаете, что такое «У-2»? Молоко возить! Ну товарищ генерал, ну за что же?!

Если я вижу то, что видеть не должна, я делаю вид, будто ничего не вижу.

— Мы с товарищем читали ваши стихи и ничего не поняли. — Надо иметь умных товарищей.

— А вы не возражали бы, если бы я осмотрела вашу спину? — Нет, не возражал бы, — он даже как будто немного удивился и несколько секунд молчал, обдумывая это. — Наверное, потому, что вы как-то умеете дать понять... короче, вы сочувствуете мне, но не жалеете меня, и я это понимаю.