Они носят их в знак памяти о былом, о людях, которые на всегда останутся в их сердцах. Папа мне как-то сказал: “Детка, не важно, что случится потом. Миллионы приходят и уходят. Не в них счастье. Самым важным на свете всегда будут люди в твоём сердце, вот здесь”. Его слова и действия в тот миг расходились, будто были неподвластны ему самому. Он указал не на сердце тогда, а на этот медиатор, будто именно он означал ту небывалую связь, о которой говорил отец.

«Люди приходят, люди уходят, проблемы — с нами всегда».

Пусть, будут очи миром счастья, И красоты, всегда, венцом, Неси в них радость, не ненастье, Оставь весь сплин, ты, за бортом! Пусть, радуют судьбы дороги! Ведь, каждый путь достоин нас, Не важно, мягок или строгий, Важно, чтоб свет добра не гас!

В Китае в деревнях — двести семьдесят миллионов человек, но только сто миллионов живут за счет земли. На остальных — а это сто семьдесят миллионов — ее не хватает. Из них миллионов девяносто работают в местной промышленности, и восьмидесяти миллионам приходится искать счастья в больших городах. Наплыв этой лишней рабочей силы называли тогда в Китае «Слепым потоком». Потом, правда, переименовали в «Народное течение». Хотя «Слепой поток», мне кажется, больше подходит — люди бредут в потемках на маячащий впереди лучик света. Так светят деньги.