Но если каждая книга – маленький огонёк в этой темноте (и я в это верю, должен верить, банально это или нет, потому что я пишу эти чёртовы книги), тогда каждая библиотека – это огромный, вечно горящий костёр, вокруг которого каждый день и каждую ночь стоят и согреваются десятки тысяч людей. Температура этого костра не четыреста пятьдесят один градус по Фаренгейту. Здесь четыре тысячи градусов по Фаренгейту, потому что мы говорим не о кухонной духовке, мы говорим о древних пылающих печах разума, о раскалённых докрасна плавильнях интеллекта.
Гнев — странная штука. Он живет недолго, пока человека, на которого гневаешься, видишь глаза в глаза, стоит отвернуться, как ослепительная сила его уходит, градус мельчает и вот уже простая комнатная злость остается на донышке.
