Его [Ван Гога] пафос мне чужд, особенно в моей нынешней фазе, но он, безусловно, гений. Патетический до патологии, этот человек, находящийся под угрозой, может стать опасным для тех, кто не видит как он. Здесь мозг истребляется огнём звезды и раскрывается в работе незадолго до катастрофы. Здесь происходит самая глубокая трагедия, настоящая трагедия, естественная трагедия, образцовая трагедия. Позвольте мне ужаснуться.
