— Может быть, наша жизнь началась в океане… — Четыре тысячи миллионов лет назад. В каком-нибудь глубоком, тёплом месте, около подводного вулкана. — И почти всё это время все живые существа были водными, жили в море. А потом, несколько миллионов лет назад, а может, и немного раньше, — <…> живые существа выбрались и на сушу. — Но можно сказать, что, после того как мы покинули море, прожив в нём много миллионов лет, мы как бы взяли океан с собой. Когда женщина собирается родить ребёнка, у неё внутри имеется вода, в которой ребёнок растёт. Это вода почти точно такая же, как вода в море. И примерно такая же солёная. Женщина устраивает в своём теле маленький океан. И это не всё. Наша кровь и наш пот тоже солёные, примерно такие же солёные, как морская вода. Мы носим океаны внутри, в своей крови и в поту. И когда мы плачем, наши слёзы — это тоже океан.

Кричать «Бога нет!», это все равно что бегать по берегу океана с ложкой, черпать ею воду и кричать торжествуя: «Вот! Смотрите! А китов то нет!!!»

— Я огромный и мне никто не нужен. Разве не видишь, что мне никто не нужен? — повторил он. — Я сам себе Кит! — Ну не знаю… — ответил мамору. — Вот Океан тоже огромный, но и Океану бывает одиноко.

Женщины, которых я знал, они были вроде вот этого стакана воды. А ты — океан.