Кое-кто из Робинзонов на обратном пути со своего необитаемого острова терпел кораблекрушение и выбирался на обитаемую сушу – с трагическими последствиями.

Если ещё существует, говорили в 1850 году, на каком-нибудь необитаемом острове Робинзон Крузо, он наверняка сейчас читает «Трёх мушкетёров».

Всякий замкнут в своём сознании, как в своей коже, и только в нем живет непосредственно.

Одиночество — вот что достало меня до зубовного скрежета. Пенсионер, особенно пенсионер без семьи в сегодняшнем мире обречен на тотальное, полное и беспросветное одиночество. Моя жизнь в последние годы практически ничем не отличалась от злоключений несчастного Робинзона Крузо, я, собственно, и был робинзоном, только проживающим не на острове, а в многолюдном городе. И оттого, что моя робинзонада протекала среди огромного людского столпотворения, она была особенно тягостной.