Можно испытать заботу и страх перед болезнью близкого человека и опасностью смерти, но, когда наступает минута смерти, заботы уже нет и нет обыденного страха, а есть мистический ужас перед тайной смерти, есть тоска по миру, в котором смерти нет.

Страх парализовал меня. Лишь испытав такой ужас сам, человек способен понять, что это такое.

Я в вашем возрасте искал лишений, опасностей, ужасов, смерти, чтобы всем существом своим ощущать, что я живу. Я не позволял страху смерти управлять моей жизнью. И наградой было то, что я жил. А вот вы позволяете, чтобы страх перед бедностью управлял вашей жизнью. Этим вы достигните того, что вы будете есть, а жить не будете.

Среди монотонности, обыденности лишь немногие ощущают реальность Космоса. Лишь немногие умеют одолеть серого дракона повседневности. Сознание человечества настолько насыщено пылью обычности, что необходимо пробить эту стену.