О, если бы весь мир, если бы каждый в мире был бы, как я сейчас, тих и боязлив, и был бы так же ни в чём не уверен: ни в себе, ни в серьёзности своего места под небом – как хорошо бы! Никаких энтузиастов, никаких подвигов, никакой одержимости! – всеобщее малодушие. … — да ведь это спасение от всех бед, это панацея, это предикат величайшего совершенства.

Отчего они все так грубы? А? И грубы-то ведь, подчеркнуто грубы в те самые мгновения, когда нельзя быть грубым, когда у человека с похмелья все нервы навыпуск, когда он малодушен…

— Венедикт Васильевич Ерофеев

А когда человек вполне уверен в своей невиновности, уклоняться от суда— величайшей малодушие.

— Стендаль

С энтузиастами одна беда. Они никогда не испытывают снисхождения к чужим слабостям.

— Энн Файн

Хорошая сигара немного утешила его, но отнюдь не была панацеей против всех бед, обрушившихся на его голову.

— Теодор Драйзер