Тот, кто сдается на милость другого, как солдат в плен, должен наперед отбросить любое оружие. А если у него нет никакой защиты против удара, ему трудно удержаться хотя бы от того, чтобы не спрашивать, когда обрушится этот удар.

Если человека принуждать к чему-то, внутри него рано или поздно созреет протест против того, к чему его принуждают.

Я протестую против терминов «фантазия» и «символизм». Наш внутренний мир реален, быть может, даже более реален, чем мир, окружающий нас.

Нашему противнику неизвестно наше тайное оружие — он борется против двух, и вдвоем мы вдвойне сильнее.