— Я верю, моя музыка восторжествует. — Как она восторжествует, если никто ее даже не слушает? Однажды, через сотню лет, кто-нибудь найдет твою пыльную партитуру и осознает истинную ценность твоего гения? Неужели об этом мечтаешь?