Нужно хотя бы себе говорить правду. Ведь если не можешь себе доверять, тогда кому?

Радоваться каждому дню — это ведь очень важно, правда?

Ведь все приятное еще приятнее, если мы боимся, что оно перестанет быть приятным, правда?

В безразличии сила. Такому человеку можно говорить правду, потому что он не побуждает никого лгать. Ему все равно, что ему скажут. Но такому человеку не говорят ничего из того, чего не хотят передавать другим людям. Ведь неизвестно, что и когда он кому-нибудь скажет. Если очень хочется хоть кому-нибудь сказать правду о чем-либо — нет более подходящего человека. Но если кто-то опасается, что сказанное станет известно другим людям, не будет говорить с ним.