Элинор Портер. Поллианна вырастает

Хотя, разумеется, это очень обременительно, если человек все время нужен другим людям, правда? Ведь тогда у него совсем не остается времени для себя. Но все равно, этому тоже можно радоваться, потому что так приятно, если ты кому-то нужен, правда?

Один-единственный год не должен испортить тебе всю оставшуюся жизнь!

Чем сильнее боль сегодня, тем приятнее будет, когда завтра она отступит.

Не стоит цепляться за беды и заботы. У них слишком много колючек.

У того, кому все опротивело, тесное общение с человеком, которому все кажется исполненным новизны и чарующей радости, неизбежно вызывает, по меньшей мере, досаду.

Ведь все приятное еще приятнее, если мы боимся, что оно перестанет быть приятным, правда?

Этот ребенок неизменно считал само собой разумеющимся, что миссис Кэрью всегда «рада», а такое чрезвычайно раздражает того, кто ничему не рад.

— Ты же знаешь, как мне не по душе все это: уныние, отрешенность, упрямое желание страдать и вечно испытывать горечь. - Но я действительно страдаю и испытываю горечь. — Напрасно. — Почему? Разве есть в моей жизни хоть что-нибудь, что может заставить меня испытывать иные чувства? — Послушай.... Тебе тридцать три года. Ты совершенно здорова — или, точнее, была бы совершенно здорова, если бы вела себя так, как должна вести, — и свободного времени у тебя полно и денег избыток. И без сомнения, всякий скажет тебе, что ты вполне можешь найти занятие получше, чем сидеть сложа руки и хандрить в этом похожем на склеп доме, никого к себе не впуская. — Но я не хочу никого видеть. - На твоем месте я заставила бы себя этого захотеть.

Конечно же, говорю не о той радости, что вызвана... греховной гордостью.... Но я имела в виду не ту радость, когда радуешься тому, что у тебя есть что-то такое, чего у других нет, а ту простую… когда просто хочется кричать и хлопать дверьми, даже если это неприлично.

Много их, что готовы жертвовать на дело спасения. Сколько рук помощи протягивается к тем, кто сбился с пути! И это все хорошо. Я не нахожу в этом ничего плохого. Только вот иногда я удивляюсь, почему кто-нибудь из них не подумает о том, чтобы помочь девушкам, прежде чем они собьются с пути. Почему они не устраивают для хороших девушек красивых домов с книгами, картинами, мягкими коврами, музыкой и не заботятся о них? Может быть, тогда не было бы так много…

Его привело в настоящий ужас то, что он был так взволнован и так бессилен перед захватившим его чувством. Он понял, что даже столь дорогие его сердцу мосты — ничто в сравнении с улыбкой в глазах любимой девушки и заветным словом на ее устах, а самым чудесным мостом в мире был бы для него тот, который помог бы ему преодолеть пропасть сомнений и страха...

Я считаю, что надо есть торт и получать удовольствия тогда, когда их тебе предлагают; так что я хочу посмотреть все, что могу сейчас, пока я здесь.

Если вам очень плохо и вы ожидаете услышать в виде утешения, что в один день нужно вытерпеть не больше страданий, чем он может вместить, а вам вдруг заявляют, что все хорошо и вам просто повезло, так как не приходится переживать все радости в один день, — такое заявление, мягко говоря, обезоруживает.