Я не знала, что такое слёзы, когда жила там. Словно всегда была весна и лето. Я была маминой любимицей и папиной принцессой.

Не верь тому, что возвестили Преданья, чуждые любви. Слагай хвалы державной силе И мощь любви благослови.

Вот так они и жили: спали врозь, а дети были.

Если взять двух собак с помоек Москвы и Серпухова, то окажется, что блохи московского пса ведут род свой от блох, кусавших собаку Станиславского, а блохи серпуховской псины — прямые потомки блох, евших безродную сучку деда Серёги, который сам в своё время ел этих блох, когда сдирал шкуру с собаки своей для того, чтобы и её съесть (после того, как сообщили ему, что только так можно вылечиться от туберкулёза).