Артуро качает головой. — Думаю, пути назад не было. — Он добавляет: — Я не мог тебе сказать, потому что мне было слишком стыдно. — Ну, наконец–то святой отец покаялся, — продолжаю я над ним насмехаться. — Что бы ты ни говорил, факт остается фактом: ты поставил опыт над ребенком до того, как поставил его на себе. И ты солгал мне, хотя до того именем твоего любимого Бога клялся, что всегда будешь говорить мне только правду. — Все лгут, — говорит он. — Guarda cosa sei diventata, Arturo. — Я перехожу на язык его юности в разочаровании и в то же время с надеждой. — Посмотри, каким ты стал, Артуро. Когда мы впервые встретились, ты не мог обидеть и муху. Вот почему я дала тебе свою кровь. Я верила тебе.