Девушка ужасно смутилась, чувствуя себя так, будто пыталась удержать восход солнца в грязной луже, но Джим улыбался, сел на единственный стул и окинул быстрым взглядом ее комнату.
Джим — мой враг. Но как выяснилось, Джим — свой собственный худший враг. А враг моего врага — мой друг. Так что Джим — по сути мой друг. Но потому что он враг самому себе, а враг моего друга — мой враг, то выходит, что Джим мой враг. Но...
