Говорить до конца всегда опасно. Тут, видите ли, дело в том, что есть истина и истина. Настоящая правда... вся, до мельчайших подробностей, без всякого изъятия... такая правда не опасна, не страшна. Но то, что в обычной жизни называют правдой, это ведь всё половина правды. Она не даёт никакого представления о том, что творится с человеком на самом деле. Она просто представляет нам ряд фактов, которые до тех пор были скрыты... и хорошо, что они были скрыты. Вот такая правда — предательская штука.