Если бы мои клеветники знали меня лучше, они бы меня ещё больше возненавидели.

Всю мою жизнь это сжигало мои вены и терзало сердце, свинцовой тяжестью тянуло вниз — всю жизнь, и я никогда не знал. Не знал ничего другого. Я никогда не чувствовал себя так… легко.

Что ж, подруга знала меня куда лучше, чем я сам себя знал. А вот я не понимал ни себя, ни других.

У меня чувство, что я потеряла всё. Я не могу остановить Макса. Не могу достучаться до Астры. Не могу освободить Хэнка, и мне не остаться на работе у Кэт. Даже память о родной матери – единственное, что всегда меня поддерживало, – растерзана. У меня ничего не осталось. Я больше не знаю, что делать. У меня столько сил, но я никогда ещё не чувствовала себя такой бессильной.