— ... Опасайтесь всех: друга, брата, любовницы... Особенно любовницы. Д'Артаньян покраснел. — Любовницы?... — машинально повторил он. — А почему, собственно, я должен опасаться любовницы больше, чем кого-либо другого? — Потому что любовница — одно из любимейших средств кардинала, наиболее быстро действующее из всех: женщина продаст вас за десять пистолей.

Четыре товарища пустились в путь: Атос на лошади, которой он был обязан своей жене, Арамис — любовнице, Портос — прокурорше, а д'Артаньян — своей удаче, лучшей из всех любовниц.

— Если надо срочно уйти от любовницы, то один раз можно сделать так. [Быстро убегает, посмотрев на часы] — Это можно. Только потом нужно либо способ менять, либо любовницу.

Я думал — колик не снесу, Вот посмеялся вволю! За вход я отдал тридцать су, Смеялся на десять пистолей!

— Господа... Ну одного, я не возражаю... Но семь гвардейцев за два дня... Это слишком! К тому же, среди них верные телохранители монсеньора кардинала. — Ваше Величество, как видите, мушкетёры полны раскаяния. — Раскаяния? — Они просят, Ваше Величество, простить их. — Смущены и полны раскаяния? Что-то я не слишком верю этим хитрым рожам... Особенно, вот этому, с физиономией гасконца... Лучшая награда за преданность — пистоли. Не так ли? Ла Шене, отсыпьте юноше тридцать... Нет, сорок пистолей. Гасконцы по прежнему бедны, хотя и помогли моему отцу взойти на престол. Де Тревиль, поскольку свободных вакансий в вашем полку нет, я предлагаю зачислить юношу в гвардейскую роту вашего зятя, дез Эссара. — Рад за вас, Д'Артаньян. — Представляю гримасу кардинала... Когда он увидит, что мои мушкетёры в пять раз... Нет, пожалуй, в десять раз превосходят его гвардейцев. Но, господа, с сегодняшнего дня хватит. Вы слышите? Хватит дуэлей. На сегодня хватит дуэлей! Я могу и впредь, надеюсь, рассчитывать на вашу преданность?