Много раз я задавался вопросом, зачем храню книги, которые могут пригодиться только в неопределенном будущем, названия, далекие от привычных путей, раз прочитанные экземпляры, страницы которых я не открою еще много лет. Быть может, никогда! Но как я могу избавиться, к примеру, от «Зова предков», не уничтожив при этом один из немногих кирпичиков моего детства, или от «Грека Зорбы»— слезы, пролитые над ним, положили конец моему отрочеству; «Двадцать пятый час» и многие другие, давным-давно вытесненные на самые верхние полки в священной верности, которую мы себе приписываем, но тем не менее невредимые и немые.