Кажется, я говорил, что люблю её, как и прежде, Я верил, что не умерла ещё последняя надежда.

— И что вы будете делать с ворованными кальсонами? — Сбор кальсон — это лишь первая фаза. — Фаза 1 — сбор кальсон. — Ну... а какая вторая? — Ээ... Эй, мужики, какая вторая фаза? — Фаза 1 — собираем кальсоны. — Да, да. А что насчёт фазы 2? — Ну... фаза 3 — это прибыль, въехали? — Я не въехал. — Видите, фаза 1 — сбор кальсон, фаза 2 — ..., фаза 3 — прибыль. — А... въезжаю...

— Наверное, ты какое-то время думал, что я умерла? — Да. — И каково это было? — Самый долгий месяц в моей жизни. — Но прошло ведь не больше пяти минут. — Позволь мне судить о времени.

Ампелио был последним человеком, способным, как мне казалось, спасти меня из этого ада, он был последней надеждой на то, что этот кошмар однажды закончится. Я думала, что, убив его, убила и эту надежду, но вдруг осознаю, что это не так. Надежда в моей душе не умерла, от нее осталась пара слабо тлеющих угольков, однако я знаю: даже из одной искры можно раздуть огонь.