На этот раз Магнус ответил. Его голос загремел на весь подъезд: – КТО ПОСМЕЛ НАРУШИТЬ МОЙ ПОКОЙ? Джейс почти занервничал: – Джейс Вэйланд. Помните? Я из Конклава. – Тот, который с голубыми глазами? – оживился Магнус. – Он про Алека, – шепнула Клэри. – Нет. Обычно мои глаза называют золотистыми и сияющими, – сообщил Джейс в домофон. – Ах, вот кто, – разочарованно протянул Магнус. Не будь Клэри так расстроена, она бы обязательно засмеялась. – Ну ладно, поднимайся.

— То, что сделала Лилит, было двойным ритуалом, похожим на нашу церемонию парабатай, но гораздо более могущественную и опасную. Двое теперь связаны неразрывно. Один умрет — второй последует за ним. Ни одно оружие в мире не сможет ранить только одного из них. — Когда вы говорите, что они связаны неразрывно, — сказал Алек, наклоняясь вперед, — значит ли это… что Джейс ненавидит Себастьяна. Себастьян убил нашего брата. — Я не понимаю, как Себастьян может любить Джейса. Он ужасно ревновал его всю свою жизнь. Он думал, что Джейс был любимцем Валентина, — заметила Клэри. — Нельзя ни упомянуть, — заметил Магнус, — что Джейс убил его. Это оттолкнуло бы любого. — Кажется, что Джейс не помнит ничего из того, что случилось, — сказала Клэри расстроенно. — Нет, не то чтобы не помнит — скорее не верит.

Ты — стрела, направленная в самое сердце Конклава, Джейс. Ты — стрела Валентина.

— Ой, — сказал Джейс с нескрываемым сарказмом. — Кажется, я отправил огненное сообщение Конклаву, когда нашел тело охранника, которого ты убил и спрятал под тем мостом. Очень глупо с твоей стороны было так неаккуратно от него избавиться, Себастьян.