Мой отец верил, что музыка — голос Бога. <...> Он считал музыку универсальным языком и верил, что Бог общается с людьми посредством музыки.

Маленький мальчик в моей душе Знает много чего, не верит ничему уже. Маленький мальчик в моей душе Прощается с детством на последнем этаже.

Помню, маленьким [живя на первом этаже] я думал, что выход из интерната должен быть где-то на втором или на третьем. Когда подрос и меня перевели на второй, мне оставался только третий. Теперь, когда я живу на третьем, мне кажется, что я, наверное, просто плохо искал на первых двух этажах.

— Как Вы думаете, меня Бог простит — что я так многих целовала? — А Вы думаете — Бог считал? — Я — тоже не считала.