— Вот оно, — произнес я. — Европа в кофейной чашке. — Точно, — согласилась Нина. — Привкус католицизма и абсента с долгим фрейдистским послевкусием и нотками Третьего рейха.

Хотел оставить привкус ревности, а оставил послевкусие отвращения.

Богохульство. Красивое слово, верно? Такое, как хорошее вино. Нотка послевкусия присутствует, правда?

Бессмысленно клеить чашку. Привкус клея остается.

— Наталья Тимошенко

Дед, надень трусы, вставь челюсть, я иду в твой Третий рейх!

— Лена Шнайдер